АКАДЕМИЯ ВОЕННЫХ НАУК РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Cтруктура АВН

Научные публикации

Кто на сайте

Сейчас 15 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте

Исторические аспекты применения ВМФ в мирное время

 

1. Военно-политические требования применения флота в мирное время

После окончания Второй мировой войны условия обстановки противостояния двух систем настоятельно требовали и от советского военно-политического руководства принятия мер по снижению угроз, в том числе с океанских направлений и нейтрализации военной деятельности стран Запада в различных регионах мира. В то же время, то направление в районы вооруженных конфликтов советских воинских контингентов требовало дополнительных финансовых и материальных затрат. К тому же оно всегда вызывало нежелательный всплеск антисоветской истерии в большинстве западных столиц. Часть этих проблем можно было бы избежать, избрав, по примеру США, в качестве адекватной меры постоянное военно-морское присутствие в стратегически важных районах Мирового океана.

Основными преимуществами сил флота по сравнению с другими видами вооруженных сил, являются: высокая мобильность, способность длительное время находиться в районах вероятных (или реальных) боевых действий за пределами национальных границ других государств, не нарушая при этом их суверенитета и не вызывая международных осложнений, поскольку правовой основой военно-морского присутствия является свобода открытого моря, составная часть которой - свобода судоходства. Для реализации этих преимуществ необходимо было обеспечить выход группировок советского ВМФ в стратегически важные районы Мирового океана, однако первое послевоенное десятилетие он оставался флотом прибрежного действия.

 

Усиленное кораблестроение в начале 60-х годов позволило значительно расширить задачи, возлагаемые на ВМФ СССР. Они стали включать:

- нанесение ракетно-ядерных ударов по важным береговым объектам противника;

- срыв или максимальное ослабление его ракетно-ядерных ударов с морских направлений;

- уничтожение ядерных авианосно-ударных групп и соединений;

- борьбу с его противолодочными силами и средствами в удаленных районах.

Появились возможности более эффективно решать задачи нарушения морских перевозок противника и охраны своего судоходства, обороны баз и прибрежных районов базирования, защиты государственных интересов страны на морских и океанских театрах и оказания помощи дружественным государствам. Это потребовало развертывания подводных лодок и надводных кораблей в различные районы Мирового океана, а также постоянного их присутствия в стратегически важных зонах.

В ответ на агрессивные устремления США и стран НАТО, опутавших СССР и дружественные ему страны сетью военно-морских баз с постоянным присутствием части своих ударных сил в море в готовности к нанесению ядерных ударов по нашей территории. Нашему ВМФ военно-политическим руководством страны было предписано: с середины 1964 года перейти на несение боевой службы.

Основное военно-политическое и военно-стратегическое содержание боевой службы заключалось в том, чтобы мероприятиями и действиями заблаговременно развернутых группировок сил флота, предотвратить внезапное нападение или ослабить до минимума ракетно-ядерные удары ВМС США и НАТО по Советскому Союзу. Вместе с тем, имелось в виду и то, что силы ВМФ СССР, размещенные в оперативно важных районах Мирового океана, будут прямо или косвенно влиять на социально-политическую обстановку в прибрежных государствах, а при необходимости оказывать поддержку странам, политика и идеология которых тесно вписывалась во внешнеполитические установки советского руководства. Это положение было закреплено постановкой задачи силам боевой службы по «обеспечению интересов и предотвращению агрессивных действий против нашей страны и дружественных государств» в стратегически важных районах Мирового океана. Совершенно очевидно, что в рамках исследуемой проблемы мы рассматриваем лишь содержательную часть боевой службы, связанную с локальными войнами и вооруженными конфликтами и событиями в кризисно - неспокойных регионах.

Следует сразу определить, что понятия «обеспечение национальных интересов государства» в Советском Союзе не существовало и в литературе, источниках которые использовались при написании работы, данный вопрос в прямой постановке отсутствует. К категории «национальные интересы» государство обратилось только во второй половине 90-х годов 20-го столетия. Длительное время до этого, в том числе и в рассматриваемый период исследования рассматривалась категория интернациональных интересов.

Вместе с тем, оценивая проведенные мероприятия руководства страны по применению Военно-Морского Флота в рассматриваемый период можно сделать вывод, что все они были направлены, с позиции нынешнего времени, на обеспечение национальных интересов государства в Мировом океане.

Военно-Морской Флот в данном случае является единственным действенным средством, как вид Вооруженных Сил, который позволяет наиболее эффективно решать задачи по обеспечению национальных интересов государства в Мировом океане.

Эпизодическое нахождение советских подводных лодок и надводных кораблей в районах боевого патрулирования американских атомных субмарин с баллистическими ракетами и маневрирования авианосных ударных групп и соединений ВМС США не могло в полной мере обеспечить решение задач по предотвращению нападения вероятного противника с морских направлений. Заблаговременное развертывание части боеготовых сил ВМФ в определенных акваториях морей и океанов для немедленного их применения в случаях неконтролируемого развития военно-политических кризисов становилось объективной необходимостью, что привело к изменению характера боевой и повседневной деятельности советского ВМФ.

Суть этих изменений заключалась в переходе к системе постоянного присутствия части сил советского флота в отдельных районах Мирового океана. Первоначально это были самолеты разведывательной авиации, затем одиночные надводные корабли, атомные и дизельные подводные лодки. В сентябре 1964 г. в Средиземное море впервые вышел отряд боевых кораблей Черноморского флота для слежения за АУГ США. В 1967 г. корабли ЧФ прибыли в Персидский залив.

Таким образом, в середине 60-х годов сложилась новая форма применения сил ВМФ в мирное время - боевая служба. Цели боевой службы были определены как: «поддержание боевой готовности сил к решению поставленных им задач с началом военных действий и обеспечение интересов страны в оперативно важных районах Мирового океана».

Следовательно, основное военно-политическое и военно-стратегическое содержание боевой службы заключалось в том, чтобы мероприятиями и действиями заблаговременно развернутых группировок сил флота, предотвратить внезапное нападение или ослабить до минимума ракетно-ядерные удары ВМС США и НАТО по Советскому Союзу. Вместе с тем, имелось в виду и то, что силы ВМФ СССР, размещенные в оперативно важных районах Мирового океана, будут прямо или косвенно влиять на социально-политическую обстановку в прибрежных государствах, а при необходимости вписывалась во внешнеполитические установки советского руководства. Это положение было закреплено постановкой задачи силам боевой службы по «обеспечению интересов и предотвращению агрессивных действий оказывать поддержку странам, политика и идеология которых тесно против нашей страны и дружественных государств» в стратегически важных районах Мирового океана. Совершенно очевидно, что в рамках исследуемой проблемы мы рассматриваем лишь содержательную часть боевой службы, связанную с локальными войнами и вооруженными конфликтами и событиями в кризисно - неспокойных регионах.

Для формирования группировки сил боевой службы директивой ГК ВМФ 1966 г. предписывалось ежегодно выделять из составов флотов определенное количество кораблей. Поименный состав подводных лодок и надводных кораблей, выделенных для выполнения этой задачи в удаленных районах отдавался приказами по флотам. На флотах и соединениях были разработаны графики цикличности деятельности сил боевой службы, в которых определялись по времени и содержанию все этапы: поход, восстановление боевых качеств корабля и после походовый отдых экипажа, боевая подготовка, подготовка к очередному походу и т.д.

В тот же период была установлена и продолжительность походов: для подводных лодок и разведывательных кораблей - 0,8 от специфической автономности, для надводных кораблей - не более 45 суток. Однако в последствии эти сроки неоднократно увеличивались и к середине 70-х годов достигали 6 и более месяцев нахождения кораблей в различных районах Мирового океана.

Наращивание сил боевой службы способствовало началу процесса сведения одиночных кораблей и отдельных отрядов во временные «нештатные» оперативно-тактические соединения. Первое такое соединение (условное наименование 14-я эскадра) было сформировано в мае 1965 г

2. Исторические аспекты применения ВМФ в мирное время.

За последние 20 лет, начиная какие-то реформы, принимая программы, у нас в Росси даже серьезные политики отбрасывают историческое обоснование, не понимая, что взгляд на проблему со стороны истории – это научно. Это проблема? Да. Давайте ее решать. На мой взгляд, первое что необходимо сделать – это повысить роль кафедр истории войн и военного искусства во всех ВУЗах.

Увидев проблему в обеспечении военной безопасности государства, даже стратегические органы управления забывают обратиться к истории. Рассмотрим лишь некоторые исторические аспекты применения ВМФ в мирное время, знание и применение которых актуально в политических событиях сегодняшнего дня.

Аспект 1. Применение сил флота в Стратегическом сдерживании.

Министр Иностранных дел РФ, пребывая с официальным визитом в Японии, выражал озабоченность развертыванием позиционных районов ПРО на Японских островах и планируемыми испытаниями этой системы в ближайшем будущем. (На Японских островах планируется развернуть 30 ПУ «Пэтриот» и 4 надводных корабля с системой «Иджис», имеющих по 12 целевых каналов каждый и способных к сопровождению 26 целей).

Аналогичная ситуация складывается на Западном воздушном направлении, с опорой на противоракеты и систему наблюдения в восточной Европе. Уже развернуты системы ПРО на Аляске и в Норвежском море. Налицо комплексное развертывание глобальной, относительно дешевой системы ПРО, направленной на уничтожение ракет российской группировки СЯС.

Мы имеем огромный опыт применения армии и флота за послевоенный период в целях стратегического сдерживания потенциальных агрессоров и поддержания военного паритета.

В 1983 году в Европе размещаются ракеты «Першинг-2» и крылатые ракеты. Подлетное время этих ракет 5-8 минут до целей на территории нашей страны. Равновесие в ядерном противостоянии нарушено путем создания угрозы ударным оружием. Сейчас, путем создания противоракетных группировок. Но суть то одна: при принятии нами симметричных действий территория США остается за пределами воздействия нашего ударного оружия.

Но в 1983 году мы создаем адекватную угрозу. В Заявлении руководства страны (Коммунист Вооруженных сил № 24 1983 год) объявляется решение по сложившейся обстановке. Относительно применения флота привожу выдержку из него:

«Четвертое. Поскольку путем размещения своих ракет в Европе США повышают ядерную угрозу для Советского Союза, соответствующие советские средства будут развертываться с учетом этого обстоятельства в океанских районах и морях. Эти наши средства по своим характеристикам будут адекватны той угрозе, которую создают для нас и наших союзников американские ракеты, размещаемые в Европе».

Эту задачу Военно-морской флот выполнял вплоть до 1989 года, развернув группировки рпк СН с ракетами средней дальности у Западного и Восточного побережья США. При достижении максимальных значений коэффициента оперативного напряжения по одновременному боевому патрулированию 7 рпк СН пр. 667 А и АУ (без учета пла на маршрутах развертывания и в ближней зоне) силы противолодочной войны 3-го и 2-го флотов США с задачей контроля и слежения не справлялись, переходили в ряде случаев к не скрытному слежению и вытеснению наших рпк СН из назначенных районов. В результате, в том числе выполнения этой задачи, подписан Договор о РМСД. Ракет «Першинг», крылатых ракет наземного базирования в Европе нет.

Осенью 1962 года в ответ на расширение анти кубинских действий США была проведена операция «Анадырь», замысел которой предусматривал создание на острове мощной оперативно-стратегической группировки, включающей оперативную группировку разнородных сил ВМФ.

Силам флота ставилась задача совместно с ВВС и СВ во взаимодействии с кубинскими РВС уничтожать боевые корабли и десанты противника. Кроме того, флот был обязан охранять советские транспортные суда на близлежащих к острову коммуникациях, блокировать минами базу Гуантанамо, а также вести разведку. Для выполнения столь обширных задач в составе группировки советского ВМФ на Кубе предполагалось иметь: эскадру подводных лодок (дивизия ракетных и бригада торпедных ПЛ из состава СФ), эскадру надводных кораблей (2 крейсера, 2 ракетных и 2 артиллерийских эсминца из состава ЧФ), бригаду ракетных катеров, ракетный полк крылатых ракет «земля-море» типа «Сопка», отряд судов обеспечения, минно-торпедный авиационный полк, отдельную эскадрилью самолетов-носителей ядерного оружия Ил-28.

Подготовка оперативной группировки осуществлялась скрытно. Корабли готовились к длительному плаванию на полную автономность. Экипажи не были поставлены в известность, какие задачи и где они будут выполнять. На транспортах на остров были доставлены 12 торпедных катеров типа «Комар» (проекта 183р). Авиационный и ракетный полки были переброшены на Кубу 1 октября 1962 г. Вместе с тем, по решению Совета Обороны СССР, принятому в конце сентября 1962 г., переброска эскадры надводных кораблей, предусмотренная морской частью плана операции «Анадырь», была отменена. Заблаговременное развертывание эскадры подводных лодок также не проводилось. Несколько дизельных ракетных и торпедных подлодок, находящихся на тот период в океане, выполняли задачи сопровождения на отдельных участках маршрута транспортных судов.

Для обеспечения морских перевозок на конечном участке маршрута была сформирована 69-я бригада дизельных торпедных подводных лодок из состава 4-й эскадры ПЛ Северного флота. В ночь на 1 октября четыре подводных лодки бригады: «Б-4» (командир капитан 2 ранга Р. Кетов, старший на борту - командир бригады капитан 1 ранга В. Агафонов), «Б-З6» (командир капитан 2 ранга А. Дубивко), «Б-59» (командир капитан 2 ранга В. Савицкий, старший на борту - начальник штаба бригады капитан 2 ранга В. Архипов) и «Б-130» (командир капитан 2 ранга Н. Шумков) были направлены с этой целью из Полярного к берегам Кубы. При этом командование бригады и командиры подводных лодок ознакомились с целями и задачами похода лишь после вскрытия в море специальных пакетов. Переход осуществлялся на очень высокой для дизельных лодок средней скорости - 12 узлов. Тем не менее, советским подводным лодкам удалось незамеченными форсировать ряд противолодочных рубежей и к 26 октября выйти в Саргассово море.

Однако дальнейшие события на море получили драматическое развитие. В ответ на предупреждение Н. Хрущева о возможности отдачи приказания советским подводным лодкам на уничтожение американских кораблей, президент США Дж. Кеннеди отдал приказ командованию ВМС всеми силами добиться обнаружения наших подводных лодок, а при необходимости их уничтожить. С этой целью было привлечено более 70 % всех сил Атлантического флота и создан плотный глубоко эшелонированный противолодочный рубеж на подходах к кубинскому побережью. Со стороны ВМС США были задействованы четыре противолодочных авианосца, десятки эсминцев и фрегатов, сотни противолодочных самолетов и вертолетов.

Прорыв советских подводных лодок в назначенные районы осуществлялся в условиях многократного превосходства противника. К этому следует добавить тяжелые условия жизнедеятельности личного состава в отсеках подводных лодок, не приспособленных к плаванию в тропических широтах. Так, из-за отсутствия системы кондиционирования воздуха и охлаждения аккумуляторных батарей, при постоянной работе системы регенерации воздуха температура в электротехнических отсеках достигала 65°С. Вахтенные нередко теряли сознание и их приходилось на короткое время выводить в концевые отсеки. Ограниченные запасы пресной воды не позволяли выдавать более 250 граммов в сутки на человека, что в условиях сильного потоотделения и обезвоживания привело к стопроцентному заболеванию личного состава потницей в особо тяжелой гнойной форме.

Необходимость частых всплытий ПЛ для зарядки аккумуляторных батарей, на сеансы связи и для определения своего места, большая прозрачность воды существенно повышали вероятность их обнаружения многочисленными американскими противолодочными силами. Тем не менее, лишь в районе Бермуд противолодочными силами США были обнаружены три из четырех советских подводных лодок. Дальнейшее противоборство наших подводных лодок и американских ВМС проходило на грани развязывания военных действий. В ходе продолжительного преследования были отмечены случаи применения оружия американскими боевыми кораблями.

Отрываясь от противника, по мере расходования ресурсов аккумуляторных батарей, подводные лодки поочередно вынуждены были всплывать. На поверхности их ожидала плотная опека противолодочных кораблей, вертолетов и самолетов, которые в целях устрашения вели стрельбу и сбрасывали глубинные бомбы по курсу подлодок. Однако, проведя подзарядку и устранив ряд повреждений, две ПЛ - «Б-59» и «Б-36» сумели вновь погрузиться и оторваться от преследователей. «Б-130» не смогла совершить этот маневр в связи с поломкой дизельной установки и полной разрядкой аккумуляторных батарей. Четвертая - «Б-4» - осталась необнаруженной в течение всего похода. Оторвавшиеся от противника подводные лодки заняли заданные районы, где и находились до середины ноября, после чего из Москвы была дана команда на их возвращение. К 20 декабря все четыре лодки вернулись в базу Северного флота.

Следует особо отметить, что в тот же период в районах Атлантики и Тихого океанов (вблизи Гуантанамо и Перл-Харбора) находились две советских дизельных подводных лодки, развертывание которых было произведено заблаговременно. Последнее обстоятельство стало одним из аргументов в пользу принятия решения советским военно-политическим руководством на увеличение состава военно-морских сил передового присутствия.

Давайте примем аналогичные меры сегодня, может тогда и не будут США развертывать элементы своей ПРО в Европе и Японии?

Но главный урок из анализа этих исторических фактов – политические заявления руководителей должны быть не просто продекларированы, а реализованы действиями сил флота.

Аспект 2. Применение группировок ВМФ в удаленных районах.

Актуальность рассмотрения этого аспекта сегодня очевидна. Это решение проблемы Косово и стабильности на Балканах. Не могло и речи быть об «арабской весне». Решение политического руководства России по Сирии обязательно должно подкрепляться реальным действием наших сил, что мы и пытались делать, направив в Тартус КАГ СФ. До тех пор пока была в Средиземном море развернута наша эскадра в этом регионе было спокойно. Но мы ушли.

Первый опыт создания военно-морской группировки передового базирования СССР получил в 1958 г., когда с Балтики в Средиземное море (албанский залив Влера) поэтапно была переведена бригада из 12 подводных лодок. Здесь в одной из бухт был оборудован пункт временного базирования со всей необходимой для ПЛ береговой инфраструктурой. Бригада (в том числе две плавбазы), которой командовал капитан 1-го ранга С. Егоров, оперативно подчинялась командующему Черноморским флотом. Группировка выполняла задачу постоянного наблюдения за кораблями 6-го флота США и ВМС Израиля, находясь в непосредственной близости от района арабо-израильской конфронтации. К сожалению, из-за идеологических разногласий политических руководителей Албании и Советского Союза этот подготовленный во Влере пункт базирования был утерян. Силы флота лишились важного элемента тылового обеспечения, особенно в последующие годы несения боевой службы в Средиземном море. Вместе с тем, освоение районов Мирового океана советским ВМФ было продолжено, что в дальнейшем способствовало расширению сферы его деятельности по противоборству с флотами стран Запада.

Начало 1960-х годов ознаменовалось усилением конфронтации между СССР и США в рамках «холодной войны».

Наличие в регионе реальной военной силы позволило СССР активно влиять на ход событий. Так 9 июня 1967г. советское правительство, используя прямую линию связи с Вашингтоном, предупредило руководство США, что если Израиль не прекратит боевых действий, то Советский Союз не остановится перед принятием мер военного характера. 10 июня СССР разорвал дипломатические отношения с Израилем. При этом советское правительство подчеркнуло, что в случае продолжения Израилем военных действий Советский Союз совместно с другими миролюбивыми государствами применит в отношении него санкции со всеми вытекающими отсюда последствиями. В ответ на это израильское правительство в тот же день вынуждено было сделать сообщение о прекращении военных действий с 16 часов 30 минут по Гринвичу. Будучи не в состоянии предотвратить военное поражение арабских стран, СССР сумел помочь их руководству избежать политического краха.

Эти события ускорили принятие решения советским военно-политическим руководством на создание оперативных эскадр с организацией их постоянного присутствия в важных районах Мирового океана. В июле 1967 г. была сформирована Средиземноморская 5-я эскадра, в состав которой со временем вошло до 40 кораблей и подводных лодок Северного и Черноморского флотов, из которых были образованы шесть оперативных соединений (групп):

50-е ос - корабль управления с кораблями охранения;

51-е ос - подводные лодки (6-8 единиц);

52-е ос - ударные ракетно-артиллерийские корабли;

53-е ос - противолодочные корабли;

54-е ос - десантные корабли;

55-е ос - корабли обеспечения.

Морская авиация советского ВМФ была представлена одной смешанной авиаэскадрильей из разведывательных и противолодочных самолетов, базирующихся на аэродроме ОАР Каир-Вест.

К январю 1968 г. были сформированы 7-я оперативная эскадра на Северном флоте и 10-я - на Тихоокеанском. Районами их постоянного присутствия стали Баренцево, Норвежское и Южно-Китайское моря. В Индийском океане была сформирована 8-я эскадра кораблей специального назначения. Основными ее задачами являлись: обеспечение выполнения космических программ. С учетом этого обстоятельства до 1974 г. оперативно-стратегические задачи боевой службы в этом районе решались отдельными отрядами боевых кораблей, дизельными, а с 1970 г. и атомными подводными лодками из состава Тихоокеанского флота.

С образованием оперативных эскадр (групп) разнородных сил ВМФ СССР и размещением их в наиболее взрывоопасных регионах Мирового океана был достигнут существенный рост суммарного боевого потенциала сил боевой службы. С начала 70-х годов в отдельных районах была установлена система несения боевой службы составом бригад.

Накопленный опыт позволил уточнить и конкретизировать задачи мирного времени силам передового присутствия ВМФ СССР. К ним относились: во-первых, демонстрация силы в противовес американским или натовским военно-морским группировкам - присутствие кораблей под флагом ВМФ СССР должно было свидетельствовать не только о наличии советских интересов в регионе (акватории), но и о способности оказания эффективной помощи одной из противоборствующих сторон в локальной войне (вооруженном конфликте); во-вторых, поддержание стабильности в зонах возможных или уже прошедших вооруженных столкновений, которая отвечала бы интересам безопасности Советского Союза; в-третьих, ведение постоянного наблюдения как за кораблями вероятного противника, так и за морской активностью противоборствующих сторон в локальной войне или вооруженном конфликте; в-четвертых, обеспечение защиты районов собственных рыбных промыслов и охрана коммуникаций торгового судоходства.

Таким образом, военно-морское присутствие СССР становилось существенным противовесом деятельности ВМС и США и являлось составной частью стратегического равновесия в глобальном и региональном масштабах, нарушать которое в одностороннем порядке никто не решался.

Так, действия заблаговременно развернутой в Индийском океане группировки кораблей ВМФ СССР под командованием контр-адмирала В. Кругликова осенью 1971 г. не позволили осуществить планы США по вмешательству в пакистано-индийский конфликт. События, связанные с этим эпизодом развивались следующим образом.

С началом конфликта в Бенгальский залив была направлена авианосная ударная группа (АУГ) ВМС США с задачей нейтрализации индийского флота и оказания, тем самым, помощи Пакистану. Индийское правительство, сильно обеспокоенное угрозой вмешательства в конфликт Соединенных Штатов, проинформировало об этом Советский Союз, на что советское военное руководство дало понять, что нейтрализация американского оперативного соединения является «заботой» ВМФ СССР. В результате, по прибытии в район конфликта американской АУГ, ее действия были полностью скованы плотной опекой советских кораблей. В составе советской группировки ВМФ было два ракетных крейсера, три больших противолодочных корабля, три дизельные и две атомные подводные, что позволяло при необходимости организовать ракетные удары: 32 ракеты в первом пуске и 16 ракет во втором. Эти возможности, видимо, и сдерживали американцев, которые не предприняли никаких активных действий. В этой связи вице-адмирал в отставке В. Кругликов в своих воспоминаниях приводит текст перехваченной радиограммы командира американской АУГ, который доносил командующему Тихоокеанским флотом США: «За нами ведется постоянное слежение, мы опоздали с развертыванием».

В событиях 1970-х годов на Ближнем Востоке 5-я оперативная эскадра также являлась своего рода сдерживающим фактором для любых недружественных акций против СССР и его союзников. Так, в ходе войны 1973 г. в оперативно важных районах Средиземного моря, в том числе у побережья Израиля были развернуты атомные и дизельные подводные лодки, а также корабли 5-й эскадры. Между прочим, в этот период советским руководством был получен опыт по созданию самой мощной по численности группировки ВМФ СССР, в составе которой было сосредоточено более ста кораблей различных классов. Они находились в высокой степени боевой готовности и имели разрешение на применение оружия для самообороны как против американцев, так и против израильтян.

С возникновением угрозы овладения израильтянами египетским городом Порт-Саидом решением Главнокомандующего ВМФ были образованы силы высадки морского десанта из кораблей эскадры и нескольких кораблей ЧФ с морскими пехотинцами на борту (правда, эти корабли еще находились в Севастополе). К слову сказать, большинство кораблей эскадры имели нештатные подразделения для действий в морском десанте на берегу. Подготовку они проходили в бригаде морской пехоты перед выходом на боевую службу. Боевой задачей предписывалось зайти в Порт-Саид, организовать оборону с суши, не допустить захвата города противником. Оборону осуществлять до прибытия воздушно-десантной дивизии из Союза. Лишь в последний момент с ЦКП ВМФ поступило распоряжение об отмене выполнения задачи.

В последующие годы состав 5-й оперативной эскадры по надводным кораблям периодически менялся за счет сил трех флотов - Северного, Балтийского и Черноморского. Подводные лодки выделялись из состава Северного и Черноморского флотов. Постоянными оставались только командование и штаб эскадры. Основной спецификой службы 5-й эскадры являлось отсутствие системы базирования, за исключением пункта материально-технического обеспечения в Тартусе (Сирия). Помимо этого для пополнения запасов и проведения текущего ремонта кораблей в различные периоды использовались порты Марса-Матрух, Порт-Саид и Александрия (Египет), Сплит и Тиват (Югославия), Бизерта и Сфакс (Тунис), Триполи и Тобрук (Ливия) и остров Сирос (Греция).

В 1974 г. 8-я эскадра кораблей специального назначения была переформирована в 8-ю оперативную эскадру с переподчинением командующему Тихоокеанским флотом. Перейдя в разряд оперативных, эскадра обрела новые силы - подводные лодки, боевые корабли и вспомогательные суда. 9 мая 1974 г. ее корабли первого состава пересекли 95 градус восточной долготы и вошли в свою операционную зону, начав непрерывное несение службы в Индийском океане. В ответ на предоставленную Республике Сомали экономическую помощь Советский Союз получил возможность использовать сомалийские порты для пополнения запасов советских военных кораблей. В 1974 г. страны подписали договор о дружбе и сотрудничестве, который предусматривал широкомасштабную советскую военную помощь, включая поставки вооружения и техники, направление в Сомали военных советников и специалистов и подготовку национальных военных кадров. Взамен СССР получал дополнительные возможности по использованию порта Бербера, в котором с этого времени был оборудован пункт материально-технического обеспечения кораблей 8-й оперативной эскадры. С этой целью из Советского Союза в Берберу были отбуксированы плавмастерская и док, вблизи порта развернут зональный узел связи. Кроме того, сомалийский аэродром Харгейса стал местом временного базирования дежурных сил советской авиации. В свою очередь, по договоренности с правительством Южного Йемена, с аэродрома Аден противолодочное обеспечение кораблей эскадры стали осуществлять отдельные авиаотряды самолетов Ил-38 из состава ВВС Балтийского, Северного и Тихоокеанского флотов.

К сожалению, обострение советско-сомалийских отношений, связанное с переориентацией СССР на оказание помощи Эфиопии в конфликте этих стран, не позволили в дальнейшем использовать этот исключительно удобный, расположенный в стратегически важном районе, пункт материально-технического обеспечения. 13 ноября 1977 г. правительство Сомали денонсировало договор с СССР. В этой связи советскому военному руководству пришлось организовывать оборудование новых пунктов в Дахлаке (Эфиопия) и на о-ве Сокотра (Южный Йемен).

В начале 1980-х годов для обеспечения советского военно-морского присутствия в южных морях Тихого океана в формируется 17-я оперативная эскадра с базированием в порту Камрань (Вьетнам). В нее вошли: дивизия подводных лодок, бригада надводных кораблей, дивизион судов обеспечения, смешанный авиационный полк, ряд других подразделений. Эскадра просуществовала до начала 90-х годов. Затем в связи с перестройкой советское присутствие во Вьетнаме было фактически ликвидировано.

С повышением удельного веса политических задач, решаемых силами боевой службы, в их состав стали включаться десантные корабли с частями морской пехоты и боевой техникой на борту, которые направлялись практически во все регионы, где возникали кризисные ситуации. Такие группировки создавались для сдерживания эскалации конфликтов на Ближнем Востоке, Африканском и Азиатском континентах.

Мало известным фактом является применение группировки кораблей ВМФ СССР, включавшей в себя и десантные корабли, для обеспечения ввода советских войск в Афганистан. Этот процесс сопровождался активизацией американских десантных сил в Индийском океане. В ответ на это советское военно-политическое руководство приняло решение на организацию сдерживающих мероприятий путем демонстрации силы. С этой целью командующему 8-й оперативной эскадрой контр-адмиралу М. Хронопуло было отдано указание на подготовку совместных учений с йеменскими ВМС по высадке десанта на о-ве Сокотра. В состав эскадры были введены несколько десантных кораблей с подразделениями морской пехоты ТОФ и ЧФ, включая БДК «Николай Рогов», способный брать на борт 500 морских пехотинцев с вооружением, экипировкой и штатной техникой. Стремительность, организованность и четкое взаимодействие десантников двух стран, проявленные в ходе учения возымели успех - американцы снизили морскую активность в регионе.

Заходы советских кораблей с морской пехотой на борту в иностранные порты способствовали также усилению военно-политического влияния СССР. В конце 60-х - начале 70-х годов советские корабли совершили заходы в порты Средиземноморья, Республики Гвинея, Сирии, Кубы, Йемена, Сомали, Ирака, Эфиопии, Сейшельских о-вов, Кампучии, Мозамбика, Вьетнама, островов Сокотра, Маврикий и др.

В ряде случаев группировки сил флота создавались для решения специфических задач. Так, с начала 70-х годов Военно-Морской Флот начал выполнять задачи, связанные с ликвидацией последствий локальных войн. В них, как правило, принимали участие специально создаваемые соединения.

В 1972 г. правительство Бангладеш обратилось к СССР с просьбой: об оказании помощи в ликвидации последствий пакистано-индийского военного конфликта. Необходимо было ввести в строй главный порт Читтагонг, подходы к которому были заминированы, а фарватер и гавань загромождены затонувшими судами.

С этой целью на основании распоряжения Совета Министров СССР № 906 от 30 апреля 1972 г. из кораблей и судов Тихоокеанского флота была сформирована Экспедиция особого назначения ЭОН-12, в состав которой были включены: пять тральщиков, аварийно-спасательное судно, морской буксир, танкер, плавмастерская, киллектор, гидрографический промерный бот, разъездной и десантный катера. Министерство морского флота обязывалось направить в район действий свое спасательное судно и морской буксир. Кроме того, на Морфлот легла задача осуществления перевозок необходимых грузов и маломореходных судов экспедиции на своих транспортах. Всего в экспедиции насчитывалось семнадцать кораблей и судов, около пятисот человек военнослужащих, рабочих и служащих. Командиром ЭОН-12 был назначен заместитель начальника Вспомогательного флота и аварийно-спасательной службы ВМФ контр-адмирал С.П. Зуенко. В результате боевого траления и уникальных работ по подъему затонувших судов, проведенных силами личного состава Экспедиции, порт Читтагонг был досрочно введен в строй, а внешние морские связи Бангладеш полностью восстановлены.

После окончания войны между Арабской Республикой Египет и Израилем советское правительство приняло решение произвести безвозмездное траление минных заграждений в Суэцком заливе. С этой целью на основании директивы Главного штаба ВМФ был сформирован Отдельный отряд траления, в который были включены: дивизион траления (9 тральщиков и 2 укладчика шнуровых зарядов) и отряд судов обеспечения (5 единиц) из состава Тихоокеанского флота. Черноморскому флоту предписывалось сформировать авиационную группу из шести вертолетов с размещение ее на противолодочном крейсере «Ленинград». Численность всей группировки, командиром которой был назначен капитан 1 ранга А. Аполлонов, составляла около 1600 человек. В свою очередь в районах боевого траления одновременно действовало от двух до четырех групп тральщиков и 4-6 вертолетов с пкр «Ленинград». Более 6 000 часов провели экипажи кораблей на минных полях. Пройдя с тралами свыше 17 тыс. миль, они ликвидировали минную опасность на площади 1250 квадратных миль, открыв Суэцкий залив и Суэцкий канал для свободного судоходства.

Проведение таких чисто практических мероприятий, как боевое траление, преследовало и решение ряда задач военно-политического характера. Это, прежде всего демонстрация Военно-морского флага на морях и океанах и осуществление присутствия кораблей советского флота в кризисных районах. Важное значение имели показ оружия и технических средств в действии, а также пропаганда отечественной системы подготовки офицеров, мичманов, матросов и их высокого профессионализма. Кроме того, в ходе длительной боевой работы развивались и укреплялись многосторонние связи командиров советских кораблей с различными категориями местных руководителей. Все это работало на авторитет и значимость Военно-Морского Флота СССР на мировой арене.

Другими частными задачами, решаемыми советскими кораблями в кризисных ситуациях, для решения которой создавались специальные соединения являлись защита (сопровождение) своих и «чужих» торговых судов и транспортов с различными грузами на переходе морем и на якорных стоянках в портах зарубежных государств, а также эвакуация из кризисных районов оборудования, личного состава и гражданских лиц.

В последнем случае наиболее ярким примером является действия отряда кораблей 8-й оперативной эскадры в 1977 г. после разрыва советско-сомалийских отношений и начала так называемой эфиопо-сомалийской войны. Советскому Союзу предстояло в довольно-таки непростой обстановке эвакуировать из этой страны многочисленный контингент советских и кубинских советников, военных и гражданских специалистов. В ходе этой операции пришлось столкнуться с большими трудностями, связанными с противодействием сомалийских властей. Только демонстрация силы, проведенная кораблями 8-й оперативной эскадры и батальоном морской пехоты, позволила удержать ситуацию под контролем и успешно завершить операцию. Тем не менее, часть имущества, принадлежащего ВМФ СССР, вывезти не удалось. В сложное положение попала плавмастерская, которая вернулась с боевой службы лишь через 22 месяца.

Что касается обеспечения морских перевозок, то, как отмечалось выше, первый подобный опыт ВМФ СССР был получен в ходе операции «Анадырь». Выводы из него были учтены в сентябре 1973 г. в период очередного обострения арабо-израильского конфликта, когда для обеспечения безопасности проводки советских транспортов с военной техникой, следующих в Сирию, был сформирован специальный отряд боевых кораблей Черноморского флота в составе около 10 единиц. Командовал отрядом капитан 1 ранга Н. Ясаков. Создание столь мощной группы для конвоирования транспортов было обусловлено наличием угрозы подвергнуться атаке израильских ракетных катеров, осуществлявших набеговые действия. Ранее в результате одного из таких набегов был поврежден советский транспорт «Мечников» В связи с этим командиру ОБК было дано разрешение открывать огонь на поражение по катерам при их угрозе охраняемым транспортам, а также по самолетам Израиля в случае их приближения к конвою. К счастью применять оружие не пришлось.

Спустя два года, с началом боевых действий в Анголе в 1975 г. с Кубы морем болгарскими транспортами перебрасывались кубинские войска. Для их сопровождения была сформирована отряд боевых кораблей советского ВМФ. В 1976 г. группа боевых кораблей ВМФ СССР у берегов Анголы была усилена. В ее состав был включен большой десантный корабль «Николай Фильченков» с отрядом морской пехоты на борту. Присутствие группы обеспечило безопасность советских и кубинских торговых судов, следовавших с военными грузами в НРА.

В конце 80-х - начале 90-х годов для обеспечения безопасности нашего судоходства в акваториях Красного моря и Персидского залива на время ирано-иракской войны и эфиопо - эритрейского военного конфликта, была создана 85-я оперативная бригада надводных кораблей. В различные периоды в ее состав входило от 9 до 15 кораблей Тихоокеанского и Черноморского флотов. Советские корабли без потерь и повреждений в 178 конвоях провели через зону боевых действий 374 торговых судна. Следует особо отметить, что до начала боевой деятельности бригады в этом регионе было повреждено два советских танкера. А всего, только в ходе ирано-иракской войны потери торговых флотов различных государств, суда которых следовали без сопровождения, составили более 400 единиц, из них 11 были потоплены.

Это был последний случай создания крупной группировки сил отечественного флота в отдаленных районах Мирового океана, поскольку со второй половины 80-х годов началось сокращение, а затем и расформирование оперативных эскадр. Первой была расформирована 8-я оперативная эскадра, затем ее участь постигла 17-ю эскадру. Силы 5-й Средиземноморской оперативной эскадры были свернуты и возвращены в базы в 1991 г. Районы деятельности 7-й и 10-й оперативных эскадр Северного и Тихоокеанского флотов были ограничены акваториями прибрежных морей. В российском ВМФ оперативные группировки уже не создавались.

Вместе с тем в ходе решения ряда задач, возникавших в результате вооруженных конфликтов в бывших советских республиках, Черноморским флотом был получен определенный опыт по созданию и применению отдельных отрядов кораблей для осуществления так называемой миротворческой миссии.

Так, в 1992 г. силами флота в ходе операции «Кавказ» из «горячих» точек было вывезено более 40 300 беженцев. В следующем - 1993 г. корабли 30-й дивизии надводных кораблей ЧФ решали задачи по доставке гуманитарной помощи в район грузино-абхазского конфликта и эвакуации беженцев, осуществляли вывод сил, вывоз имущества и эвакуацию гражданского населения из Поти – места дислокации бригад Охраны водного района и других частей Черноморского флота. 28 июля 1993 г. с использованием малого десантного корабля на воздушной подушке (МДКВП-93) был эвакуирован из Сухуми президент Грузии Э. Шеварднадзе. В сентябре 1993 г. в соответствии с договоренностью между Россией и Грузией была осуществлена операция по вывозу людей и техники из Сухуми. В ходе эвакуации кораблями флота было выполнено 19 рейсов и перевезено более 10 тыс. тонн различных грузов и 359 единиц техники.

Таким образом в период 50-х – 80-х годов XX в. Советский Союз также приобрел значительный опыт по использованию сил флота в отдаленных океанских и морских районах с созданием крупных оперативных группировок однородных и разнородных сил флота.

Одной из острейших проблем XXI в., требующей решения в интересах настоящего и будущего благополучия и безопасности России, является защита и реализация ее национальных и государственных интересов в Мировом океане. Как показывает опыт, эти задачи с успехом может выполнить Военно-морской Флот, обладающий практически всеми существующими средствами вооруженной борьбы и способный решать их в любых геофизических средах, географических районах и погодных условиях. Готовностью флота шагнуть в XXI в. - век Мирового океана обеспокоено и его нынешнее руководство. Однако решение вопроса будет ли востребован богатый отечественный опыт по созданию группировок сил флота для обеспечения решения внешнеполитических и других задач в отдаленных районах, или, иными словами, сможет ли флот России возвратиться в Мировой океан зависит, прежде всего, от государственной политики в интересах сохранения и развития военно-морского потенциала государства, а также его применения для обеспечения обороноспособности страны.

 

Аспект 3. Изучение Мирового океана.

Наряду с решением задач обеспечения военной безопасности и поддержания стабильности в различных регионах мира флот имеет огромный опыт выполнения задач оперативного обеспечения. В первую очередь это относится к навигационно-гидрографическому обеспечению. Главное управление навигации и океанографии (ГУНИО) МО с конца 60-х годов развернуло широкую исследовательскую работу в Мировом Океане по всестороннему изучению театров военных действий. Результатами этой работы мы пользуемся до сих пор.

Несмотря на ФЦП «Мировой океан», Основные положения морской деятельности РФ, Морскую доктрину, созданную Морскую коллегию активной деятельности по изучению Мирового океана наша страна не проводит. Экспедиция на Северный полюс и погружение аппаратов «Мир» - это декларация наших намерений. По-видимому, надо обратиться к опыту ГУНИО в этом вопросе, а не создавать различные Арктические Советы с размытыми функциями. Опыт применения флота в мирное время велик. Сегодня, когда наше государство возвращается в стан великих его необходимо широко применять.

Контр-адмирал запаса ЖАНДАРОВ С.А.

Авторизация

Если вы хотите стать зарегистрированным пользователем, обратитесь к администратору на почту admin@avnrf.ru.

Хотим вас спросить

Вы принимали участие в работе Международного Форума "Армия-2019"?

Фотогалерея

Наши партнеры