АКАДЕМИЯ ВОЕННЫХ НАУК РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Cтруктура АВН

Научные публикации

Кто на сайте

Сейчас 300 гостей и 6 зарегистрированных пользователей на сайте

СОВЕТСКО-ЯПОНСКАЯ ВОЙНА КАК СОСТАВНАЯ ЧАСТЬ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

Рейтинг:   / 2
ПлохоОтлично 

СОВЕТСКО-ЯПОНСКАЯ ВОЙНА КАК СОСТАВНАЯ ЧАСТЬ

ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

Начальник главного штаба внутренних войск –

первый заместитель главнокомандующего

внутренними войсками МВД России

генерал-полковник С.В. Бунин

Капитуляция Германии в мае 1945 г. ознаменовала окончание войны в Европе. Но на Дальнем Востоке и Тихом океане Япония продолжала борьбу против США, Великобритании и других союзников СССР.

Советский Союз имел достаточно оснований для вступления в войну против Японии, о чем дал понять Токио задолго до этого, денонсировав 5 апреля 1945 г. пакт о нейтралитете, что было предусмотрено 3-й статьей пакта.

В заявлении советского правительства по этому поводу указывалось, что пакт был подписан до нападения Германии на СССР и до возникновения войны между Японией, с одной стороны, и Великобританией и США, с другой.

Правительством Советского Союза было заявлено: «С того времени обстановка изменилась в корне. Германия напала на СССР, а Япония, союзница Германии, помогает последней в ее войне против СССР. Кроме того, Япония воюет с США и Англией, которые являются союзниками Советского Союза. При таком положении пакт о нейтралитете между Японией и СССР потерял смысл, и продление этого пакта стало невозможным...»[1].

Необходимо отметить весьма знаковое событие, которое произошло накануне и в первые дни советско-японской войны, а именно атомные бомбардировки японских городов Хиросима и Нагасаки, произведенные США 6 и 9 августа 1945 г., которые не были согласованы с Советским Союзом и никак не повлияли на ход Второй мировой и советско-японской войн. В то же время они в большей мере были направлены на демонстрацию наличия у США нового сверхразрушительного оружия, которое должно было сделать правительство Советского Союза более сговорчивым при построении послевоенного мироустройства.

В то время как объявление 8 августа 1945 г. советского правительства о вступлении СССР в войну против Японии явилось демонстрацией последовательности политики Советского Союза, направленной на разгром агрессоров на Западе и Востоке, свидетельством его верности обязательствам, данным союзникам на Тегеранской, Ялтинской и Потсдамской конференциях. По этим договоренностям Советский Союз должен был вступить в войну с Японией в трехмесячный срок после разгрома Германии.

Все вышесказанное и ряд других обстоятельств позволяет констатировать, что советско-японская война, представляя собой (как и Великая Отечественная война) самостоятельную часть Второй мировой войны, явилась вместе с тем по ряду причин логическим продолжением Великой Отечественной войны советского народа.

Возглавить военную кампанию на Дальнем Востоке советское руководство доверило Маршалу Советского Союза А.М. Василевскому, блестяще справившемуся с поставленной задачей.

Он с минимальными потерями и в кратчайшие сроки сумел осуществить Маньчжурскую стратегическую наступательную операцию, изгнав оккупантов из Северо-Восточного Китая и Северной Кореи, а также вернуть Советскому Союзу Южный Сахалин и Курильские острова, что принудило Японию к скорому принятию условий капитуляции перед союзными державами (рис. 1).

Замыслом Маньчжурской стратегической наступательной операции предусматривалось нанесение двух мощных главных ударов по флангам Квантунской группировки войск с запада и востока и нескольких вспомогательных ударов по сходящимся в центре Маньчжурии направлениям, что обеспечивало глубокий охват основных сил японцев, рассечение их и быстрый разгром по частям. Операции по освобождению Южного Сахалина и Курильских островов, а также оккупации по согласованию с союзниками северной части японского острова Хоккайдо ставились в зависимость от выполнения этой главной задачи[2].

Для проведения кампании против Японии советским командованием были развернуты три фронтовых объединения – Забайкальский (Маршал Советского Союза Р.Я. Малиновский), 1-й Дальневосточный (Маршал Советского Союза К.А. Мерецков) и 2-й Дальневосточный (генерал армии М.А. Пуркаев) фронты, а также привлечены Тихоокеанский флот (адмирал И.С. Юмашев), Краснознаменная Амурская военная флотилия (контр-адмирал Н.В. Антонов), 6-й авиационный бомбардировочный корпус и 5 авиадивизий (Главный маршал авиации А.А. Новиков) три армии ПВО, а также части монгольской Народно-революционной армии (главнокомандующий – Маршал Монгольской Народной Республикой X. Чойбалсан).

Советские и монгольские войска и силы Тихоокеанского флота после перегруппировки к началу боевых действий насчитывали на Дальнем Востоке более 1,7 млн. человек, около 30 тыс. орудий и минометов (без учета зенитной артиллерии), 5,25 тыс. танков и самоходных артиллерийских установок, 5,2 тыс. самолетов, 93 боевых корабля основных классов. Общее руководство войсками осуществляло специально созданное Ставкой ВГК Главное командование советских войск на Дальнем Востоке[3].

Группировка японских войск в Маньчжурии (Кантогун) за годы войны превратилась в самостоятельное крупное стратегическое объединение. Общая численность сосредоточенных у советских границ войск превышала 1 млн. человек. На их вооружении находилось 1 215 танков, 6 640 орудий, 1 907 самолетов. Свыше 30 боевых кораблей и катеров насчитывала Сунгарийская речная флотилия. Кроме того, на территории Маньчжурии и Кореи находилось значительное количество жандармских, полицейских, железнодорожных и иных японских формирований, а также войска 250-тысячной марионеточной армии Маньчжоу-Го и кавалерийские соединения князя Внутренней Монголии Дэвана (Тонлопа).

На границе с СССР и Монгольской Народной Республикой (МНР) у японцев имелось 17 укрепленных районов общей протяженностью свыше 800 км, в которых насчитывалось около 4,5 тыс. долговременных огневых сооружений. Японское командование рассчитывало, что против превосходящих по силе и подготовке советских войск японские войска в Маньчжурии продержатся в течение года.

В зону предстоявших действий советских войск помимо Маньчжурии входили Южный Сахалин и Курильские острова, где к 1945 г. дислоцировалась часть соединений японского 5-го фронта, штаб которого находился на острове Хоккайдо (три пехотные дивизии, отдельная смешанная бригада, отдельный пехотный и отдельный танковый полки), а также при определенных условиях и сам остров Хоккайдо[4].

Советское командование средства материально-технического обеспечения стало перебрасывать на Дальний Восток с февраля 1945 г., однако основной поток войск и грузов начал поступать сюда с мая 1945 г. В короткий срок, в течение трех месяцев, по единственной Транссибирской железнодорожной магистрали на Дальний Восток с европейской части территории СССР на расстояние 9–12 тыс. км было переброшено: два фронтовых и четыре армейских управления, 15 управлений стрелковых, артиллерийского, танкового и механизированного корпусов, 36 управлений стрелковых, артиллерийских и зенитно-артиллерийских дивизий, а также 53 бригады основных родов Сухопутных войск.

Кроме того, на Дальний Восток прибыли управления 6-го бомбардировочного авиационного корпуса и пяти авиационных дивизий, поступили три корпуса ПВО территории страны.

Только с мая по 8 августа 1945 г. в составе Сухопутных войск с запада на Дальний Восток было переброшено свыше 403 тыс. военнослужащих, около 275 тыс. единиц стрелкового оружия, 7 137 орудий и минометов, 2 119 танков и самоходных артиллерийских установок, 17 374 грузовые автомашины, около 1,5 тыс. тракторов и тягачей, свыше 36 тыс. лошадей[5]. По пространственному размаху, срокам осуществления и количеству переброшенных войск, вооружения, боевой техники и материальных средств это была крупнейшая в истории войн стратегическая перегруппировка.

В соответствии с задачами, которые намечалось выполнить на каждом конкретном направлении, создавались ударные группировки с учетом прибывавших с запада фронтовиков. Прибывали соединения и объединения, не просто имевшие огромный боевой опыт, но именно те, которые могли успешно решать задачи в специфических условиях Дальневосточного театра военных действий[6]. Вследствие этого, прибывший личный состав перемешивался с теми, кто проходил службу на Дальнем Востоке. Командирами воинских частей и подразделений назначались, те военнослужащие, которые имели богатый боевой опыт, а их заместителями – проходившие службу в местных условиях.

Вся деятельность по подготовке к военным действиям против Японии велась с таким расчетом, чтобы не позволить противнику раскрыть группировку советских войск и сил, содержание проводимых мероприятий, а также планы советского командования на ведение операций и войны в целом. В результате большой предварительной работы за неделю до начала боевых действий советские войска на Дальнем Востоке были практически полностью готовы приступить к разгрому Квантунской группировки японских войск.

7 августа 1945 г. поступила директива Ставки ВГК войскам Забайкальского, 1-го и 2-го Дальневосточных фронтов, которая предписывала 9 августа 1945 г. начать военные действия для выполнения задач, поставленных еще 28 июня 1945 г.

С первых часов 9 августа 1945 г. ударные группировки советских фронтов атаковали японские войска с суши, воздуха и моря. Необходимо отметить, что на всех направлениях удалось достигнуть оперативной и тактической внезапности. Некоторые дивизии переходили в наступление даже перед артиллерийской подготовки. Японцы были застигнуты врасплох.

Боевые действия развернулись на фронтах общей протяженностью более 5 тыс. км. Тихоокеанский флот вышел в открытое море, перерезал морские коммуникации, использовавшиеся войсками Квантунской группировки для связи с Японией, и силами авиации и торпедных катеров нанес мощные удары по японским военно-морским базам в Северной Корее. При содействии Амурской флотилии и Военно-воздушных сил советские войска успешно форсировали на широком фронте реки Амур и Уссури и, сломив в упорных боях ожесточенное сопротивление японцев в приграничных укрепленных районах, начали развивать успешное наступление вглубь Маньчжурии. Особенно стремительно наступали бронетанковые и мотомеханизированные соединения Забайкальского фронта, в составе которого находились дивизии, прошедшие войну с нацисткой Германией, и кавалерийские соединения монгольской Народно-революционной армии.

В результате сокрушительных ударов, наносимых советскими войсками, мощные японские укрепленные линии, созданные по Амуру, Уссури и Большому Хинганскому хребту, были повсюду прорваны, а там, где японцы продолжали упорно сопротивляться, они были блокированы и обойдены. Стремительные действия всех родов советских наземных войск, авиации и кораблей Военно-морского флота сорвали японские планы применения бактериологического оружия, которое японское командование рассматривало как последнее средство, способное изменить положение дел на фронте в их пользу[7].

Наступление Красной армии в Маньчжурии и Корее развивалось настолько мощно и стремительно, что противник оказался не в силах сдержать ее натиск. В течение десяти дней общевойсковые объединения Красной армии при активной поддержке Военно-воздушных сил и Военно-морского флота смогли расчленить стратегическую группировку японских войск в Маньчжурии и Северной Корее на части и обеспечить их окружение.

После того как японские войска, получив молниеносный сокрушительный удар, понесли невосполнимые потери, японский император Хирохито 14 августа 1945 г. подписал рескрипт о капитуляции, о чем на следующий день им было объявлено по японскому радио. Однако и после этого японцы продолжали оказывать упорное, порой ожесточенное сопротивление советским войскам. В тылу наступавших войск до конца августа активно действовали диверсионные отряды[8]. Заявления о готовности к капитуляции не подкреплялись реальными шагами.

В связи с этим 17 августа 1945 г. главнокомандующий советскими войсками на Дальнем Востоке Маршал Советского Союза А.М. Василевский направил главнокомандующему Квантунской группировкой войск генералу О. Ямаде радиограмму, в которой говорилось: «Японские войска перешли в контрнаступление на ряде участков советско-японского фронта. Предлагаю... с 12 часов 20 августа прекратить всякие боевые действия против советских войск на всем фронте, сложить оружие и сдаться в плен»[9].

Ультиматум советского главнокомандующего был подкреплен активными и решительными действиями войск. Чтобы ускорить процесс капитуляции и немедленно взять под контроль наиболее важные объекты на территории противника 18–27 августа 1945 г. были высажены воздушные десанты в Харбине, Шэньяне, Чанчуне, Гирине, Люйшуне, Даляне, Пхеньяне, Хамхыне и ряде других ключевых городов Китая и Кореи[10]. С этой же целью действовали и армейские подвижные передовые отряды, также успешно выполнившие свои боевые задачи.

Быстрый разгром японских войск в Маньчжурии и Корее не оставлял Токио никаких надежд на победу в войне. 19 августа 1945 г. японское командование на континенте отдало своим войскам приказ о безоговорочной капитуляции.

Таким образом, к 20 августа 1945 г. советские войска вышли на Маньчжурскую равнину, расчленили японские войска на ряд изолированных группировок и завершили их окружение. Стремительное наступление советских и монгольских войск поставило Японию в безвыходное положение, расчеты ее командования на упорную оборону и последующее контрнаступление с решительными целями были сорваны. Миллионная Квантунская группировка войск была разгромлена. Японские войска повсеместно стали сдаваться в плен[11].

Сокрушительный удар по Квантунской группировке войск на Дальнем Востоке явился одним из определяющих факторов окончательного разгрома Японии. Он привел к самому крупному во Второй мировой войне поражению японских вооруженных сил и к наиболее тяжелым для них потерям. Последние превысили 720 тыс. солдат и офицеров, в том числе 84 тыс. убитыми и ранеными, более 640 тыс. пленными (среди них 609,5 тыс. – японцы)[12].

Лишившись крупнейшей военно-промышленной базы и наиболее сильной группировки сухопутных войск, Япония оказалась не в состоянии продолжать вооруженную борьбу и была принуждена к капитуляции, что намного сократило сроки окончания Второй мировой войны. Разгром японских войск в Маньчжурии и Корее, а также на Южном Сахалине и Курильских островах лишил Японию всех плацдармов и баз, которые она в течение многих лет создавала, готовясь к агрессии против СССР, совершая вооруженные провокации и препятствуя поставкам по ленд-лизу в советское Приморье. Безопасность Советского Союза на Дальнем Востоке была обеспечена.

Победа далась нелегко: Вооруженные силы СССР потеряли в войне с Японией убитыми, ранеными и пропавшими без вести 36 456 человек.

2 сентября 1945 г. был подписан Акт о капитуляции Японии во Второй мировой войне. На этом завершилась Вторая мировая война, заключительным событием которой, принудившим Японию к скорой капитуляции, стала кампания на Дальнем Востоке.

Таким образом, война с Японией продемонстрировали всему миру наступательную мощь советских Вооруженных сил. Одновременным ударам нескольких фронтов на тысячекилометровых участках не могли ничего противопоставить лучшие японские силы в Маньчжурии. Мощные укрепрайоны противника уничтожались в течение недель, маневренность бронетанковых и механизированных соединений Красной армии исчислялась сотнями километров в сутки. Правильная организация тылового обеспечения действующей армии позволяла перемещать огромные материальные средства в самые ключевые точки операций.

Авторитет Советского Союза в мире к концу Второй мировой войны неизмеримо возрос. Победа над Японией, означавшая конец всей Второй мировой войны, имела всемирно-историческое значение. Диалектика освободительной миссии, которую выполнила Красная армия, состояла в единстве защиты национальных интересов Советского Союза и интересов народов других стран.

 

 



[1] Внешняя политика Советского Союза в период Отечественной войны. Документы и материалы. Т. 3. М., 1947. С. 166.

[2] Борисов О.Б., Бутурлинов В.Ф., Носков А.М., Щебеньков Ю.М. Победа на Востоке.   К 40-летию разгрома милитаристской Японии. М., 1985. С. 22; Зимонин В.П. Последний очаг Второй мировой. М., 2002. С. 16–165, 318–324.

[3] История Второй мировой войны 1939-1945. Т. 11. М., 1980. С. 193, 196–197.

[4] Штеменко С. М. Генеральный штаб в годы войны. В 2 кн. М., 2004. Кн. 1. С. 276.

[5] Великая Отечественная война. 1941–1945. Военно-исторические очерки. Кн. 3. Освобождение. С. 388.

[6] Война и общество. 1941–1945. (В двух книгах). Кн. 1. М., 2004. С. 276–277.

[7] Милитаристы на скамье подсудимых. По материалам Токийского и Хабаровского процессов. М., 1985. С. 161–239.

[8] Российский государственный военный архив (РГВА). Ф. 451/п. Оп. 5. Д. 72. Л. 122; Оп. 8. Д. 59. Л. 160–162.

[9] Правда. 1945. 17 августа.

[10] Военная история Отечества с древних времен до наших дней. В 3 т. М., 1995. Т. 2.   С. 408.

[11] Разгром японского милитаризма во Второй мировой войне. М., 1986. С. 106–116.

[12] Зимонин В. П. Канун и финал Второй мировой: Советский Союз и принуждение дальневосточного агрессора к миру. М., 2010. С. 159.

Авторизация

Хотим вас спросить

Где вы отмечали 23 февраля?

В кругу семьи - 63.3%
На службе (работе) - 30%
Не отмечал - 6.7%

Всего проголосовало: 30
The voting for this poll has ended on: 20 Март 2017 - 18:47

Фотогалерея

Видеопрезентация АВН

Наши партнеры







Доноры - детям